КАССА ТЕАТРА:

7-60-09

ЗАКАЗ ЭКСКУРСИЙ:

5-74-25
        


госуслуги_210x95

В Саровском драматическом поставили комедию XVII века

5 и 6 мая родной театр порадовал любителей комедии очередной премьерой – «Лекаря поневоле» Мольера на саровских подмостках поставил режиссер Эдуард Шахов.

Пьеса Мольера, несмотря на то, что написана была аж в XVII веке, до сих пор не потеряла злободневности. Так, скандал между мужем и женой в первом акте пьесы совершенно аналогичен семейному скандалу в веке XXI-м. Ни одна сторона не слушает и не слышит другую, а перебранка, как и следовало ожидать, заканчивается колотушками – муж дубасит жену. Правда в первой сцене постановки все наоборот – жена Мартина (Елизавета Казакова) почем зря колотит мужа Сганареля (Руслан Шегуров).

Драки и любовные сцены в спектакле гипертрофированы, что, впрочем, вполне объясняется жанром пьесы – фарс, буффонада. В постановке видны глубинные корни этого жанра, выросшего из средневекового площадного театра с его клоунадой, скабрезными шутками и крепким словцом.

Посмеяться в спектакле есть над чем. Многие находки режиссера и художника-постановщика Владимира Ширина интересны, кое-что отсылает зрителя прямиком к современности – взять хотя бы медицинские маски на лицах героев, примету нашего времени. Или ритмы современного танцпола в конце первого акта. Вообще это наложение временных слоев друг на друга иногда вводит в ступор: костюмы XVII века (с париками скорее из фривольного XVIII-го) – и пластиковые карточки, которые вручает Сганарелю за его услуги Жеронт (Максим Солнцев), соломенная голова черта, выглядывающая из-за театральной занавеси – и ультрасовременная музыка, под которую отплясывают герои в камзолах и кринолинах. Или, опять же, во втором акте Люсинда (Владимира Петрик), до этого немая, вдруг разражается – большой респект французскому актрисы! – куплетами…. «Марсельезы», гимна Французской революции XVIII века.

Мизансцены весьма причудливы, в одной из них Мартина, подхватывая двумя руками то и дело заваливающихся на бок Луку (Анатолий Наумов) и Валера (Юрий Николаев), одновременно ногами подпирает грозящего повалится на него Робера (Евгений Цапаев). Высший пилотаж! Люсинда в исполнении Владимиры буквально завязывается узлом: она не только нема, но и скручена неизвестной (и притворной) болезнью.

В самое сердце поразил герой Анатолия Наумова Лука, муж-рогоносец, супруга которого Жаклина (Ирина Аввакумова) на его глазах закручивает стремительный роман со Сганарелем. Неожиданно для любовников появляясь из-под юбки неверной жены – комическая ситуация, согласитесь, – он сохраняет на лице настолько глубоко трагическое выражение, что засмеяться над этой ситуацией не получается. Трагедией героя невольно проникаешься, и впору задуматься, так ли безобидна супружеская измена…

Актеры на сцене темпераментны, работают прекрасно, выкладываются по полной. Однако режиссура спектакля лично у меня оставила неоднозначное послевкусие.

Посмотрев первый акт, задумываюсь: а Мольер ли это? Куда делся смешной текст? Режиссер, видимо, решив, что Мольером нынче никого не развеселить, во многих случаях закрывает текст пьесы тэгами, движением. Правда, второй акт несколько сглаживает это впечатление Градус эротики в некоторых сценах, на мой зрительский вкус, зашкаливает. Финал спектакля оказывается вовсе не комедийным: гроб, раскачивающаяся посреди сцены веревочная петля, мрачная подсветка, странный танец героини Ольги Есиной с жутковатой маской на лице. О чем это? Или, может быть, нас призывают задуматься о вечности?

В целом зрелище, безусловно, яркое и впечатляющее. Любителям неклассических прочтений классики и современной режиссуры прямая дорога на этот спектакль.

>H3>Любое талантливое произведение искусства современно

– Как можно поставить Мольера, чтобы он стал современным? Или, может быть, он и так современней?

Эдуард Шахов: «Все можно поставить современно. Какая-то конкретная пьеса может «затаиться» на время, и покажется, что она пока не современная. Но она просто притаилась, спряталась. Однако в каком-то режиссере она вызовет отклик, он увидит ее и откроет публике.

Любое талантливое произведение искусства современно, потому что в нем изначально есть вопросы, актуальные во все времена. Мольер – один из драматургов-гениев, его темы на века. Он писал о человеке. Другое дело, что форма постановки может быть разной. Мы ставим современного Мольера, используя в основном формы традиционного театра. Мы делаем не экспериментальный театр, а классическую костюмную комедию.

В ходе работы над спектаклем на первый план у нас как-то сама собой вышла тема болезни. И пусть у Мольера все понарошку – и болезнь, и сам лекарь. Но в самом начале пьесы главный герой и его жена ругаются. Эта тема скандала, неприятия друг друга, конфликта между мужским и женским мирами. И если неприятие будет разрастаться, то ничего хорошего не жди. Человек, общество, государство, мир в целом заболеют от этого. Взаимоотношения мужчины и женщины – это продолжение рода человеческого, самой жизни И если вдруг сюда проникнет болезнь, вывих, это приведет к катастрофе. Эта тема идет от материала, драматургии. И хотя тема не комедийная, мы пытаемся решить ее в комедийном жанре, как фривольную буффонаду со смешной фабулой, с побоями, драками, хватанием за «интересные места».

Во времена Мольера драматургов и актеров было хлебом не корми – дай поиздеваться над лекарями и тогдашней медициной. Она была примитивной, было сильно развито шарлатанство. Я мог бы тоже вслед за Мольером, посмеяться над медициной, но рука у меня не поднимается. Я отношусь к этому тяжелому труду с глубоким пиететом».

– Как вы работаете с актерами? Есть ли у вас свой метод?

Эдуард Шахов: «Метода своего как такового нет, с актерами работаю традиционно. Бывает материал, когда с артистами надо много и глубоко разговаривать, обсуждать. Однако Мольер, и особенно эта вещь, построена больше на игровом, актерском начале. Мне близка старая школа – когда все на сцене происходит через актера. Живой театр – ничего интереснее быть не может, когда живое все – актер, тема, способы и приемы. Но живой театр сделать сложно, невыносимо сложно. Для этого надо, чтобы все сошлось воедино: И школа, и актеры, и театр, и талант режиссера. Именно так и получилась у меня постановка «Магазин», номинант «Золотой маски».

Если начать раскачивать актеров, работать с ними и предлагать им животрепещущий материал – не только романтический, далекий от современной жизни – они откликаются очень неожиданно, становятся органичными. Считаю, что первое и главное – это отыскать вдохновляющий материал, который вызовет горячее желание его поставить. Я очень люблю и ищу современную драматургию, мне нужен нерв сегодняшнего дня».

Валерия Александрова

г. «Новый город», 2018 г., № 18 от 9 мая