КАССА ТЕАТРА:

7-60-09

ЗАКАЗ ЭКСКУРСИЙ:

5-74-25
        

«Можете ли вы по-настоящему умереть на сцене?» — вопрос, который взбудоражил молодого актера Саровского драматического театра Евгения Цапаева: дерзкий и решительный, он попробовал себя в роли режиссера-постановщика спектакля под названием «Катарсис, или Крах всего святого».

Автором пьесы является Дмитрий Александрович Пригов, один из основоположников московского концептуализма в искусстве и литературе. В написанной в 1970-х годах пьесе автор добивается максимального обострения противоречия между реальной личностью и культурной ролью. Собственные события и переживания актеров берутся из реальной жизни, но преподносятся как выдуманные, и в то же время интимные признания оказываются полностью сочиненными. У Евгения Цапаева в качестве режиссера и у актеров, задействованных в пьесе, есть возможность самим найти границу между «театральным» и «личным».

— Впервые пьеса «Катарсис, или Крах всего святого» была опубликована в журнале «Театр» в 2012 году, — рассказывает Евгений Цапаев, — Скажу сразу – не было такого, что я сам специально искал «форму» для нужного «содержания». Ко мне в руки случайно попал этот журнал, и я зацепился за материал: мне захотелось попытаться выразить самостоятельно идею Дмитрия Пригова, мастера перфоманса.

Два главных персонажа пьесы — это сам Дмитрий Пригов и известная острохарактерная актриса Елизавета Сергеевна Никищихина, покинувшая в момент написания пьесы Театр им. Станиславского, в котором проработала много лет.

— Я могу определить сюжет спектакля в одном предложении, отмечает Евгений, — Что для нас есть театр и искусство в принципе? Причем этот вопрос подразумевает не столько законченный ответ, сколько развернутое рассуждение без точки, но с многоточием. Еще в прологе спектакля мы оговариваем один важный момент: спектакль должен будоражить физически. Если зритель испытывает ужас, то он должен кричать, если видит что-то мерзкое, то его должно тошнить, если ему смешно, то он должен искренне смеяться.

В постановке Евгения Цапаева в спектакле «Катарсис, или Крах всего святого» Елизавету Никищихину играет Наталья Гришагина, Дмитрия Пригова — Егор Лябакин, — эти два юных актера вместе с Евгением являются выпускниками Нижегородского театрального училища им. Евстигнеева.

— Мне было очень легко работать с Женей, — делится впечатлениями Наталья Гришагина, — На репетициях Женя мог общаться с нами дружески, на одной волне, а мог и взять резко инициативу в свои руки и быть строгим, но справедливым наставником. Он понятно разъяснял свои идеи, и мы с Егором с удовольствием поддерживали его, понимая, что он хочет увидеть в итоге на сцене. Есть некоторые режиссеры, которые говорят много и долго, и тебе приходится искать самое главное «зерно» в их словах, а Женя практически всегда попадал, как говориться, «в точку».

По мнению актеров и самого Евгения Цапаева, пьеса «Катарсис, или Крах всего святого» — это попытка донести публике одну важную вещь – зритель должен понимать, что он нужен для театра. Поэтому во время спектакля зрители, сами того, не осознавая, постепенно будут становиться настоящими участниками сверхэмоционального действа, происходящего перед ними. Это сценическая метафора означает, что если не будет зрителя, то и театр совершенно исчезнет.

— Театр существует для зрителя, и, по моему мнению, процесс создания спектакля – это не самое главное, — уточняет Евгений, — Главное, что зритель пришел посмотреть на нас. В то же время наш спектакль будет не так интерактивен с публикой, как многие ожидают, потому что у нас нет цели «втянуть» всех в одну большую игру и историю.

По словам Евгения, главный конфликт пьесы – это несоответствие идеала и привычного взаимодействия между театром и зрителем, актером и его персонажами.

— Мы так часто говорим о высоких материях, — подчеркивает Евгений, — О роли театра в жизни человека, но в итоге люди в большинстве своём идут в театр, чтобы просто расслабиться и вкусить «зрелища». Даже так: мы сами внутренне готовим себя к некому «лицедейству», которое будет разворачиваться перед нашими глазами. Я считаю, что театр начинается тогда, когда зритель перестает понимать «что», «зачем» и «как» происходит на сцене.

Евгений отмечает, что режиссура и актерская игра – это совершенно непохожие друг на друга процессы творчества, которые по-разному влияют на становление творческой личности.

— Для меня самый глупый вопрос после просмотра и оценки спектакля: «Какой смысл может почерпать и унести с собой зритель?», — смело заявляет Евгений Цапаев, — Что я могу ответить? Попробуйте унести с собой стул или «вынести» себя в гардероб. Идею, которую я хотел увидеть сам, я рассказал актёрам, а все остальное – это видение каждого зрителя в отдельности. Мы никогда не придем к консенсусу, у актеров и режиссеров своя «кухня», своя своеобразная подготовка к спектаклям, и я считаю даже неправильным говорить о том, о чем пытались сказать мы в работе над «Катарсисом».

Также Евгений подчеркивает, что для пьесы ему не понадобилось музыкальное сопровождение:

— Есть такая поговорка: «Играйте хорошо, а то сейчас музыку включим». Весь спектакль – это проверка на «вшивость». Актёрская профессия, по моему мнению, очень жестока, она требует большой самоотдачи. Поэтому театр считается храмом искусств, особенно для людей, которые работают в нём.

2 ноября состоится премьера спектакля «Катарсис, или Крах всего святого» в Саровском драматическом театре, а точнее в репетиционном зале – это место, куда еще не ступала нога ни одного зрителя.

Заинтригованные и любознательные, вы спросите: так какую же концовку спектакля вам ожидать? Но эту тайну вам предстоит узнать самим, посетив спектакль, и став не только его зрителем, но и полноправным участником.

Ксения Малышева

г. «Новый город №», 2014 г., № 44