КАССА ТЕАТРА:

7-60-09

ЗАКАЗ ЭКСКУРСИЙ:

5-74-25
        

Для зрителя Театр начинается с вешалки.

Для тех, кто стоит по ту сторону сцены, Театр начинается со служебного входа. Эта дверь ведет в скрытый от глаз непосвященного, страстный, богатый событиями мир, который называется Закулисье.

В конце на поклон под аплодисменты благодарного зрителя выходят актеры, режиссер, художник-постановщик – главные действующие лица торжества. А за кулисами как муравьи, трудятся люди таких не творческих на первый взгляд профессий: костюмеры, осветители, гримеры, столяры. Но и без них уже не мог бы состояться ни один спектакль. И в преддверии открытия 50 театрального сезона было бы справедливо приоткрыть бархатные кулисы и показать этих «бойцов невидимого фронта».

АНТОНИНА ВАСИЛЬЕВНА ЛАПИНА – живая легенда театра, 20 лет она работает заместителем директора по организации зрителя. Обычно в администраторах так долго не держатся – съедают. За 20 лет много директоров сменилось, а Лапина по-прежнему на посту: профессионал в команде нужен любому директору.

Антонина Васильевна занимается организацией гастролей, она же – распорядитель в зрительном зале. Встречает зрителей у входа в Театр перед спектаклем и провожает. Очень часто зрители делятся своими впечатлениями именно с Антониной Васильевной. Случается, достаются ей не только комплименты…

— Прежде, чем устроиться на работу в Театр, я попросила директора дать мне месяц испытательного срока. Если бы я не справилась с работой, было бы стыдно получить приказ об увольнении.

Работа мне понравилась. Во-первых, это общение с людьми. Во-вторых, это постоянное преодоление трудностей, без которых жизнь была бы скучна. Помню, завлит мне говорила: «Горите? Ну, так скоро остынете». Двадцать лет прошло – не остыла.

Я выезжаю на место гастролей за месяц до приезда актеров. Обговариваю с директором театра репертуар, устраиваю труппу в гостинице, создаю рекламу, причем очень ненавязчиво (секреты не открою), но через две недели весь город про наш Театр знает.

Однажды в Кинешме за месяц до гастролей нашего Театра проходил фестиваль «Красная гвоздика». Меня пригласили на общее собрание. Обсуждали вопросы проведения фестиваля, всех просили помочь, а потом слово предоставили мне. А что я могу сказать, какой помощи попросить? Помню, сказала так: «Приходите на наши спектакли, они интереснее ваших мероприятий. Приходите, вам понравится…» И кто-то выкрикнул «Да вы уже понравились!». И на все спектакли у нас были аншлаги.

В Севастополе мы произвели настоящий фурор. На наши спектакли невозможно было достать билеты. Контрадмиралы с дамами под руку мучили администратора: «Дайте хоть один билет!» Это было очень приятно.

Я объездила за эти 20 лет 205 городов. Мы дали гастроли в 30 крупных городах, объездили области. Коллеги нас очень ревнуют к гастролям по области. Одна дама даже ездила перед нами по всем точкам и уговаривала «Ну зачем вам этот Театр нужен? Мы, местные, дешевле. У них за 1000 рублей спектакль, а у нас за 200». Я узнала об этом и высказала администратору: «Как вы могли такое про свой театр говорить – «дешевле»! Что про вас люди думать будут?»

Конечно, работа с людьми имеет и оборотную сторону. Актеры – как дети – бывают очень капризными. Обычно после гастролей в Театре проходит оргсобрание: на котором мне труппа высказывает свои претензии: «Почему театр выбрали не в центре города? Почему на улице вечером фонари не работали? Почему на солнечной стороне гостиницы было серо и пасмурно?» Я молчу. Ведь не перенесу же я здание театра в центр города, и улицы не заасфальтирую. Актеров можно понять. Они так часто общаются друг с другом, что просто устают. Но когда мы подъезжаем после гастролей к Городу, у меня – а не у директора – всегда спрашивают: «А куда мы поедем в следующем году?»

Я думаю о своей работе так: искусство не может существовать без зрителя, и я прилагаю все силы к тому, чтобы этот зритель у театра был.


Заведующая гримерным цехом СВЕТЛАНА АЛЕКСАНДРОВНА ШЕВЦОВА когда-то была танцовщицей в нашем театре. Случилось так, что после операции ей запретили танцевать полгода. Чтобы не тратить это время даром, Светлана Александровна стала учиться на гримера. Так и осталась в гримерном цехе.

— У меня были прекрасные учителя: Регина Карповна Черкесова, Юра Майоров. Профессия гримера имеет много тонкостей, которые нельзя понять умом, можно их только почувствовать.

Был у нас случай, когда одного актера несколько дней подряд гримировали, если не ошибаюсь, под Пушкина. Грим не получался. Наконец актер не выдержал и обратился ко мне: «Светлана Александровна, посмотрите!» Все было сделано правильно. Но чего-то не хватало. Я добавила только несколько штрихов – появился Пушкин.

— Вы прибегаете к помощи эскизов художника?

— Не всегда. Если грим сказочный, то эскиз нужен, а если портретный – Ленин, Карбышев, Пушкин, то одним эскизом не обойдешься. Нужны фотографии, литература.

Прежде чем гримировать актера, я расспрашиваю режиссера о характере персонажа.

Ведь прическа может много рассказать о человеке: у сдержанного человека одна прическа, у легкомысленного – другая, у аккуратного – третья. Вот была у нас одна актриса, которой всегда пяти минут не хватало, и на голове у неё была соответствующая прическа – «без пяти минут».

— В гримерном цехе хранятся удивительно красивые парики, всех мастей, всех фасонов, всех времен. Это ведь все работа здешних гримеров?

— Да, парики мы делаем сами: и простые и сложные, каркасные, которыми пользуются в «Полоумном Журдене», «Свадьбе Фигаро». Работа кропотливая: каждый волосок специальным крючком сквозь сетку продеваем. Ухаживаем за париками: моем, сушим, расчесываем.

— Вообще наши актеры привередливы к гриму?

— Не все. Важно ведь, чтобы образ, который видит режиссер, совпал с образом, который видит актер, да еще с природной внешностью актера: овалом лица, цветом глаз.

Но случается, актер сам не знает, что он хочет. Иногда сделаешь такую прическу, как просит актер, а она ему идет, как корове седло. Иногда все замечательно, пока видишь свою работу только в стенах гримерной. Выходишь в зрительный зал – совершенно другое впечатление. Надо видеть грим, чувствовать его…


В 1994 году в Город приезжала чудесная обаятельная актриса Вера Васильева. Она прекрасно отзывалась о нашем Театре, и одно из самых сильных впечатлений на нее произвела костюмерная, достойная по авторитетному мнению Васильевой, столичного театра. О, это мечта каждой женщины – однажды примерить на себя актерское платье, а вместе с ним и незнакомое доселе ощущение себя! Чего только нет в нашей костюмерной: настоящие бальные платья, кринолины, модные плащи, сказочные облачения, — все, что только можно себе представить. И большая часть этих костюмов сшиты руками двух замечательных женщин – НАДЕЖДЫ СТЕПАНОВНЫ ШИШКИНОЙ и ВЕРЫ ПАВЛОВНЫ КОННОВОЙ.

Надежда Степановна приехала в Город из Ростова–на- Дону в 1952 году. В 1959 пришла в Театр, да так здесь и осталась. Вера Павловна работает и того больше – с 1950 года: была за это время и кассиром, и заведующей костюмерным цехом, теперь вот сама чудеса из ткани творит.

— У нас сейчас костюмы неинтересные, даже показать вам нечего! – переживают мастерицы. – Вот когда мы классику шьем – платья со шлейфами или на кринолине – тогда интересно, хотя и сложно.

Сейчас работать легко. Ткани много. Материал красивый, яркий, хорошего качества. Раньше о таком и не мечтали. Бывало как: сошьем платье для одного спектакля, потом для другого его перешиваем, потом для третьего, пока в лоскуты не превратиться. Кружева делали из тюля. Была в Театре супружеская чета Бородиных. Вот Бородин в художественном цехе нам сделал такой трафарет, по которому из тюля выходили чудесные кружева, средневековые.

Почему не ушли в ателье? Да, там платят больше, но там скучно: каждый день одно и то же. А в Театре так: сегодня классика, завтра современное, послезавтра сказочное. Принесет художник эскизы, а ты думаешь, как правильно это сделать надо, да сколько ткани должно уйти, да какой. Тут внутреннее чутье надо иметь, смекалку. В книжках ведь не пишут, как платье со шлейфом сшить. Самой додуматься надо. Вот это интересно!


АННА ИВАНОВНА ФОМИНА – самый аккуратный человек в Театре. Должность такая – завхоз по-старому. А по–новому — … Через ее руки в театре каждая иголочка проходит. В ее подчинении находятся 8 уборщиц, дворник да 4 дежурных. Анна Ивановна не любит непорядка. Уборщицы не только полы моют в Театре – стены, зеркала, окна. Если что не так – Анна Ивановна заставит переделать. Потому СЭС всегда принимает Театр на «пять».

— Я сама из Кременок, деревенская, значит. В Город приехала в конце 1952 года. А 7 января 1953 уже работала в Театре. Было мне в ту пору 17 лет.

Почему приехала? А что в деревне-то после войны хорошего было? Голод, холод. Я приехала сюда в одной юбке да в жакетке плюшевой. И вдруг во дворце оказалась: зеркала кругом, ковры расстелены. А в Кременках мешки таскала.

Вот и прижилась тут. Двадцать два года в реквизитном цехе отработала, на гастроли с Театром ездила, столь городов перевидала – ой! И двадцать четыре года завхозом отработала. От гвоздя до булавки – все через меня проходит. Мне легко в снабжении работать. Я что хочешь из-под земли достану. А Театру ведь сколько всего надо! И доски такие, и ткани сякие, и того, и другого. Все достану.

Потому как подход к людям я знаю. Мне верят, мне помогают. Я не могу подвести. Ведь не привезу нашим досок, фанеры, материалу разного – цеха стоять будут. Вот стыд-то! А уж если делать что, то на совесть. Реквизитный цех при мне передовым был. И сейчас мед-санотдел нам всегда «пять» ставит за чистоту.

В другие театры-то приедем на гастроли, а там грязи! А у нас не только в Театре, а и на улице чистенько. Мы ведь и за территорией следим.

При мне много директоров сменилось. А Борис Смбатович лучше всех. Потому как наш, отсюдошний. Он тоже подход к людям знает. Привыкла я за столь годов к Театру. За сорок лет и камни к земле прирастают…

На стене в кабинете у Анны Ивановны висит Афиша с автографом московского режиссера Владимира Салюка: «За вклад в материальную часть спектакля и за доброе человеческое отношение к приезжему»


Зав. складом и одновременно кассир ЛЮБОВЬ КЛИМЕНТЬЕВНА ЛИФАНОВА в Театре уже 30 лет.

Родом она с Урала. Деда в свое время раскулачили да в Сибирь сослали, из Сибири родители в Керчь перебрались. Вышла замуж и приехала в Город в 1958 году.

— Мой кабинет – как перевалочная база: булавки да иголки не только через Анну Ивановну проходят, но и через меня. Хозяйство у меня большое: костюмерный цех, пошивочный, реквизитный, слесарный, столярный. И все, как цыплята, за мной ходят: одно выпиши, другое. Все учесть надо.

Да что мне про себя-то рассказывать? Я вам лучше про Антонину Васильевну нашу расскажу. У нас в Театре когда-то вторая картотека была, в которую мы заносили все наши долги. А при Антонине Васильевне второй картотеки не стало. Как ей это удалось? И план-то по зрителю она умеет выполнять, выкручивается как-то. Если не угодит кому-то на гастролях – так всем не угодишь. И она говорит: «Если перестану справляться со своими обязанностями, — значит, пришла пора уходить». И ведь уйдет. Или вот директор наш, Борис Смбатович. Из долгожителей он – пятый год директорствует. Шестнадцатый он у нас. Обычно директора долго не задерживаются здесь, год-полтора, все. Каждый приходит и говорит, что надолго. А выходит наоборот.

Театр сейчас богато живет, все есть. И молодежи много, с молодежью сама молодеешь. Вот у девочек в бухгалтерии спрашиваю: «Отпустите на пенсию?» — «Нет!» Да и что я без Театра делать буду?


17 октября состоится открытие юбилейного, 50-го театрального сезона. Зрительный зал будет полон, и премьера непременно будет успешной. И, вызывая на поклон актеров и иже с ними, аплодируйте и тем, кто стоит по ту сторону кулис. Это их праздник тоже.


г. «Город №», 1998 г, 15 октября

Елена Трусова