КАССА ТЕАТРА:

7-60-09

ЗАКАЗ ЭКСКУРСИЙ:

5-74-25
        


госуслуги_210x95

5-6 января в театре состоялась премьера спектакля «Мурлин Мурло» по пьесе Н. Коляды Театралы всегда стараются попасть на премьеру. Ведь это – праздник. Когда идешь на новый спектакль, всегда ожидаешь чуда воздействия на твою душу. Хочется открыть новые тайны творчества режиссера, актеров.

Сопереживание – вот то единственное, что делает неразрывным актера со зрителем. Мы можем соглашаться или не соглашаться с режиссерской трактовкой, актерской игрой, но мы должны сопереживать. Если этого нет, нет и спектакля…

Окончилось первое действие. У меня – подавленное настроение. Я не хочу смотреть дальше «Мурлин Мурло». Выхожу в фойе, чтобы поговорить со знакомыми, рассеять тягостный настрой. Много знакомых, пришли постоянные театралы – друзья из отделения 8.

И что я вижу? Один, другой, третий, вот уже группами подходят к гардеробу, чтобы одеться и уйти. Я начинаю спрашивать людей: «Почему вы уходите?» Вот некоторые ответы, которые я успела записать:

– Хочется хотя бы в театре чего-то светлого. Увидели же на сцене одну мерзость. Пытаются и в театре внушить, что мы все такие, а это не так.

– Театр должен учить хорошему, доброму. Чему может научить подобный спектакль?

– Все, что мы увидели в первом действии, выдается за правду жизни. Да, есть такое в нашей действительности. Но не надо обобщать, как делает это автор, а вслед за ним и режиссер. Не хочу больше ходить в театр.

– Жаль актеров. Им-то за что такая участь – показывать эту грязь? Уж слишком все открыто. Так не бывает в жизни. Всегда надо оставлять надежду. Не хочу тратить еще час, т. к. все пошлость, а сегодня воскресенье, отдохнуть хочется…

– Не нравится. Не понятно, чего хотят режиссер, актеры. Это не типично. В последнее время так часто стали показывать в нашем театре подобные пьесы. А жаль. Есть же и другая жизнь.

– Чернуха – дань моде. Мода пройдет, я подожду, когда начнут брать классику, настоящую литературу, возвращайтесь к классике.

Можно было бы продолжать еще. Но хватит.

Я досмотрела спектакль. В этот прекрасный воскресный день вечер был испорчен. А почему? Ведь играли любимые мной актеры, я с радостью собиралась в театр…

Эта пьеса оказалась пьесой разрушения.

Нашему народу живется сейчас не просто. И люди хотят видеть в театре не разрушение личности, страны, народа… Нам нужны сейчас как воздух другие спектакли. Автор «Мурлин Мурло» не пошел, а побежал за модой, и так увлекся бегом, что забыл о своем назначении литератора. Даже в самых трагических пьесах, романах всегда есть радость, свет, жизнеутверждение. В «Мурлин Мурло» почти все в черных, серых тонах. Ольга, которая, вроде бы, должна нести этот свет, т. к. автор ее соединяет с самим Богом (ах, как же это надоело!), но и у нее Коляда отбирает этот лучик. В финале пьесы Ольга кричит: «Бог покинул меня. Приди ко мне, Бог!» Нои Бога больше нет. Он такой же как все, кто был на сцене: предатель, подлец – иначе он не покинул бы в трагические минуты того, кто был близок ему по духу. Нужны ли такие обобщения, какие нам предлагает автор пьесы и режиссер В. Т. Арсеньев: человек, семья, дом, предприятие, город, страна, Бог – все мерзость, все дурдом.

В начале пьесы Алексей произносит такую фразу, когда ему предлагают билеты на лилипутов: «Смотреть уродство – стыдно». Вот бы взять эти слова в основу спектакля! Тогда, наверное, зритель бы не ушел.

С. Шанина

г. «Панорама, 1991 г., № 5(8)