КАССА ТЕАТРА:

7-60-09

ЗАКАЗ ЭКСКУРСИЙ:

5-74-25
        

Не уезжайте, товарищ Дроздов!

В театре менялись директора, и обстановка была, честно скажем, не ахти! До творчества ли, когда общество в пылу перестройки все еще выбирало, как и куда плыть дальше. Именно в конце 80-х на сцене драмтеатра появились жутко тяжелые по содержанию постановки «Железный занавес», «Мурлин Мурло». А он, Владимир Валерьевич Дроздов, заслуженный артист России, отдавал сцене всю силу своего неугомонного характера, всю энергетику и талант и часто «спасал», вытягивал спектакли современного звучания. Несравненен он был в бесспорных вещах: в роли князя Мышкина в «Идиоте», в роли Тарелкина в «Деле Сухово-Кобылина», в роли Зилова в «Утиной охоте», Сцена – его стихия. В то время он был главным режиссером. И если кто-то из актеров нуждался в совете творческого человека, то шли именно к Дроздову. Потому как ценили и уважали. Он умел не просто рассказать, как надо играть сцену или мизансцену, он ее мог показать. Да еще как!

Его любили в Доме ученых. Адольф Данилович Шевцов, бывший директор ДУ, вспоминает, что творческий коллектив брался за самого Булгакова (из воспоминаний жены писателя был набран богатейший материал), тогда еще «полуразрешенного». Постановка удалась именно благодаря Дроздову, его пронзительной страсти исполнителя главной роли. Его обожали саровские зрители. Но особенный восторг он вызывал у своих учеников, детей искренним добрым чувством к ним и опять же непревзойденным актерским и режиссерским мастерством.

Когда Дроздов уезжал из города, на стенах старинных домов (я запомнила надпись на красном здании физиолечебницы) руками детей было написано: «Не уезжайте, товарищ Дроздов! Ну зачем вам нездешняя слава?»

Впрочем, что это мы о Владимире Валерьевиче в прошлом времени. Он жив и здоров, работает в Перми. И его самого вполне можно спросить о том, куда он уехал и зачем ему это было нужно. Что я и сделала, позвонив Дроздову.

Я вернулся домой

– Владимир Валерьевич, не удивляйтесь звонку. Саров вас помнит, помнят ваши друзья и почитатели. Вы можете рассказать, почему вы уехали из города, хотя вас уговаривали остаться?

– Я вернулся домой. Приехал в Арзамас-16 из Перми и вернулся в Пермь. А решение это принял именно у вас в городе. Я работаю не в театре, возглавляю детскую киноакадемию. В академии преподаются не только театроведческие, телекиноведческие науки, но и журналистика. То есть мы пытаемся использовать мастерство профессионалов: преподавателей музыкальной, искусствоведческой школ, профессиональных журналистов для воспитания в детях определенных нравственных качеств, которые окажутся необходимыми им в жизни. В любом коллективе требуются воображение, внимание. Мы специально назвали школу академией, чтобы дети серьезно оценили то, чем занимаются.

– Владимир Валерьевич, а что из саровской жизни вам более всего вспоминается? Мне, например, помнятся ваши встречи со зрителями, общение с подростками в школах.

– Саров – удивительный, мистический город. В нем я прожил пять лет. До него побывал, наверное, в двадцати городах, не считая гастрольных поездок. Поэтому могу сравнивать. Саров – город необыкновенной духовной насыщенности. Почти каждый день жизни здесь приносил мне новую встречу. Именно здесь я понял, насколько важно сформировать в подрастающем поколении систему духовных, интеллектуальных ценностей. Искусство и есть та сила, которая в состоянии помочь обществу выздороветь. Необходимо в души детей заронить зернышки доброты, духовности. Для осуществления этой идеи требовался менее закрытый город другого уровня. Пермь раз в десять больше Сарова. Здесь побольше людей творческих профессий гуманитарного направления: музыкантов, литераторов, актеров.

А в Сарове я оставил много хорошего. Кроме театра, я работал в Доме ученых. И к удивлению многих, в процессе создания там спектаклей стирались противоречия, возникшие когда-то между творческими людьми театра и Дома ученых. Я поражался, с какой отдачей тогда работали непрофессиональные актеры! Нам было очень интересно вместе трудиться.

– Вы можете назвать кого-то из своих саровских друзей?

– Мне не хотелось бы кого-то обидеть, не назвав его фамилии. В вашем городе у меня осталось много друзей. Поэтому я назову лишь одно имя. Другом по жизни с юношеских лет я считаю Бориса Смбатовича Меликджанова.

– Да, Борис Смбатович сейчас «развернулся». При его директорстве театр совсем уже не тот, что был в ваши времена. К нам приезжают работать московские режиссеры, делают неплохие постановки. А недавно прошли большие юбилейные торжества. Жаль, что вы не смогли приехать.

– Не смог. А насчет Меликджанова считаю, что ему бы раньше стать директором, тогда бы в театре побыстрее кончилось безвременье.

– Вы гордитесь своей работой? Завязались ли у вас отношения с пермскими театрами?

– Я играл в «Антигоне» — спектакле выпускников Института культуры, Дело в том, что мне приходится очень много времени посвящать детской академии, играю вместе со своими ребятами в их спектаклях. Когда я работал в Сарове, мы сильно переживали, например, за пушкинский фестиваль. Боялись, что для ребят это будет нелегкая работа. И с радостью для себя вдруг обнаружили, насколько детям по душе участие в этом мероприятии, насколько у них все легко получается. И получилось все удачно.

– Вы о детях можете говорить бесконечно. Все-таки хорошее и благодарное занятие по жизни вы себе выбрали. По-моему, из молодых актеров ваше дело в Сарове продолжают Доронина, Головин. У них есть детская театральная студия.

– Да, да. Очень хорошие они ребята. И еще я помню, как мы вместе с Наумовым работали над «Идиотом». Он был у меня ассистентом. Тоже очень способный человек.

– Владимир Валерьевич, у вас интересная и завидная судьба. Наверное, каждый человек творческой профессии мечтал бы о том, чтобы его помнили, но не с каждым такое случается. А вы уехали, и о вас до сих пор вспоминают и друзья, и поклонники, и ученики. Я вам по-человечески завидую и знаю, что такое отношение окружающих тебя людей надо заслужить. Спасибо вам, что вы, хоть ненадолго, но очень яркой звездой взошли на небосклоне саровской земли.

Бэлла Нехорошева

г. «Городской курьер», 1999 г., № 48