КАССА ТЕАТРА:

7-60-09

ЗАКАЗ ЭКСКУРСИЙ:

5-74-25
        

«Россия стремительно теряет себя», — с горечью утверждает уважаемый гражданин нашего города, актер театра Владимир Борисович СОКОЛОВ-БЕЛЛОНИН. А для человека, хорошо запомнившего Войну, Россия – это в первую очередь та, советская еще Россия со всеми ее атрибутами, во многом кажущимися нам сейчас пугающими…

Я ему верю. С детства он был для меня учителем – сам того не зная. Он ведь меня и не видел никогда, выходя на ярко освещенную сцену театра. Зато я из зала ловила каждое его слово – и, кажется, во многом благодаря ему научилась понимать, что такое русский, какой-то «пушкинский» гуманизм. Человечность – вот что сквозило в каждой его роли. В его интерпретации всех его ролей. Откуда у человека столько сил, чтобы раз за разом выплескивать в зал столько тепла? Кажется, теперь я разгадала источник его силы. Он – в его убеждениях и вере в эти убеждения.

Такая твердость и принципиальность – у актера? Казалось бы, профессия лицедея диктует ему необходимость быть гибким и податливым, как пластилин, способный принимать любую форму. Но в жизни этот замечательный артист, оказывается, очень твердо стоит на своих убеждениях.

– Мне много раз приходилось наблюдать, что такое Запад, на который мы теперь равняемся, – с горечью рассказывает Владимир Борисович. – Во всем – расчет. Я на флоте в молодости служил, стоишь ночью на руле, приходит сообщение: судно гибнет. Мы меняем курс. Пока идем, судно тонет. А рядом с ним толкутся капиталистические суда – и никто не шелохнется, потому что у тонущих нет страховки! Отличительная черта Запада: зимой снега не выпросишь. Этот благополучный Запад – он очень рациональный. У него не та душа. Я бы сказал даже: они бездушны. По мне лучше наш, немного хамоватый, человек, чем эти высококультурные западники. Обидно, когда я слышу, что те страны – цивилизованные, а мы – нецивилизованные. Советская культура была лучшая в мире. Наше образование – замечательное. Вырос я в бывшей Закарпатской Руси. Какими знаниями мы обладали! Мы, дворовые мальчишки, были удивительно подкованными, в отличие от западных ребят.

А сегодня я наблюдаю за молодежью – мне больно это видеть. Бездуховность и безразличие ко многому. Идет оскотинивание народа. Народ превращают в дикарей, которые истинные ценности обменяли на стеклянные бусы. И мы даже не догадываемся в полной мере, чего лишаемся. Это стремление к Западу, к его культуре – не надо нам этого. Нельзя лишаться своей индивидуальности, потому что чужая не приживется. И будешь ты – ничто.

Но если мы уже в эту, западную сторону повернули – назад возвратиться будет сложно…

– Вернуть все назад? Это рано или поздно произойдет, но не скоро. Мы должны пройти все этапы этого падения, потом подъема. Это, видимо, неизбежно. Мы нашу страну позволили уничтожить без боя. Были брошены огромные силы Запада, чтобы в короткий срок уничтожить менталитет советского человека. Потому что это, по сути, корни наши, наша культура. Мы – из России. Советский Союз, как ни странно, взял все лучшее из ТОЙ, дореволюционной, России.

Что Союз взял из России? Вроде бы, так обрубали все…

Обрубали. Да, был период. Но Сталин потом возрождал. Восстановил институт брака, навел порядок в науке, в образовании. В школах Москвы творилось Бог знает что. Я наслышан был об этом, было очень плохо. Приблизительно к тому сейчас подходит и наша школа. Я думаю, что социалистическая система – это был шаг вперед. Говорят, что коллективизация – ужасно. Да, были, наверное, перегибы, потому что не все хотели делиться. Но ведь народ тогда ужасно пил. А в колхозах пришлось работать. И все стало налаживаться, появились семьи, дети. Потом чиновникам, на мой взгляд, колхозная деятельность не очень нравилась. Перевели в совхозы. А там как в карикатуре: семеро с ложкой, один с сошкой. Там появились всякие чиновники, начальники. Если в колхозе крестьянин еще чувствовал себя в какой-то мере хозяином, то в совхозах они перестали быть хозяевами. Они вкалывали и видели, как жиреют те, кто над ними. Поэтому это ошибка была последних десятилетий, что народ перестал чувствовать себя хозяином положения.

Я помню, это началось, когда два-три года прошло после смерти Сталина. В интеллигентских кругах говорили: вот бы сейчас вернуть Иосифа Виссарионовича, был бы порядок! Пошло перерождение чиновничества, чиновник почувствовал, что он может быть безнаказанным, власть отгородилась от народа, и появились признаки конца. Если ты делом занимаешься, какой черт тебе думать о внешнем виде кабинета?!

В связи с празднованием годовщины Победы опять зашумели о Сталине. Высказывали мнение, что люди, которые поддерживают Сталина, являются энтузиастами именно конкретного лица, и не факт, что они с восторгом воспримут любого диктатора. Любые же недемократические вылазки режима, демократического по номиналу, будут ими восприниматься как жалкая пародия на сталинизм…

Я хочу сказать простую вещь. Мы себя отделили от природы, но у нас гораздо больше общего с диким миром, чем мы догадываемся. Цивилизация цивилизацией, но знаете, как живут стаи? Если у них есть вожак, стая, даже если она в меньшинстве, победит. Сталин был вожаком. За ним шел народ. Без этой великой веры в него не справились бы. А было трудно. Я мальчишкой 22 июня 1941 года был в одном из городов, который сразу начали бомбить. Я проснулся под бомбами и помню все: массу неприятных вещей, как нас расстреливали на бреющем полете. Это все я пережил. И я видел: люди верили. Казалось, все, страна погибла. Но народ верил, что мы победим в конечном итоге. Если бы не было веры, не победили бы.

И даже некоторые церковнослужители считали, что Сталин послан Богом. Ведь беспредел с разрушением церквей он приостановил. Потому что если бы Троцкий был у власти со своими людьми, он бы камня на камне не оставил. Устроил бы сплошной казарменный коммунизм. И России бы не было на карте. Потому что противостоять фашизму Троцкий с его людьми не смог бы. А сегодня пытаются повернуть так, что если бы Советский Союз себя по-другому вел, то и войны бы не было… Нет, была бы. Россия для немцев давно была лакомым куском…

А если сейчас встречаются фанатичные поклонники Сталина – то это не про меня. Фанатизма я не приемлю. Надо немного шире, диалектически подходить. Нормально надо смотреть на вещи. Только достоинства нельзя в человека видеть, надо различать и недостатки. Тем более в контексте истории, исторического того времени. Нельзя человека вырывать из обстоятельств. Надо пытаться понять. Для чего адвокаты существуют? Они защищают даже страшных преступников и открывают людям глаза на них. Люди однобоко видят. Для них факт: убили. А что за этим стояло, их не интересует. Поэтому нужны защитники, тем более историческим личностям. Чтобы понять ход его мысли, во имя чего он все делал. А, на мой взгляд, он был бескорыстным человеком.

– А новый Сталин нужен, или время уже не то?

Нет, два раза в одну реку войти нельзя. Нам нужен человек, которому народ будет верить, и который будет служить не олигархии, а народу. А в свое время Сталин, наверное, все-таки был нужен. Надо понять тех людей. Строилась совсем другая страна, другое мировоззрение должно было быть. Его формировали, как сегодня формируют буржуазное. А тогда надо было насаждать социалистическое, построенное на бескорыстии. И Сталин был жесток в этом плане.

Но опять-таки, может быть сейчас этого не надо. Тогда были другие времена. Тогда строилось совершенно новое. А сегодня это новое уже стало старым. Надо избегать крайностей, они не очень умные. А то, что стае нужен вожак – так это природа. Вожак нужен людям, даже западным. У них есть всякие Саркози, они их ищут, выбирают. Но демократии там никакой нет. Какая демократия, когда правят деньги? Вот говорят: нельзя точить зуб на богатых, потому что они оказались в нужный момент самыми ловкими, талантливыми и способными. А я думаю: а зато пострадали самые порядочные и самые честные…

А Сталин… А ведь у него незадолго до смерти был план: он хотел власть передать народу, он был готов к этому, ведь все опасные моменты, такие, как война, прошли. Чиновничество хотел сократить. Главная ошибка настоящих коммунистов: они лишили простой народ возможности ощущать себя хозяином положения. Самое доброе дело может загубить советский чиновник. Почему они так хапали? С одной стороны это алчность их подгоняла, а с другой – страх за расплату за предательство. Ведь они предателями по сути все оказались. Меня мама учила с детства: самое страшное – это клятвопреступление. Я, может быть, не самый хороший человек, но как-то так получилось, что мальчишкой дав клятву на верность, я так и сохранил это на всю жизнь…

Анна Рысь

г. «Саров», 2010 г., № 21