КАССА ТЕАТРА:

7-60-09

ЗАКАЗ ЭКСКУРСИЙ:

5-74-25
        


госуслуги_210x95

Честно говоря, рецензию на «Трех мушкетеров» мне не интересно писать. Не о чем. Очередной спектакль из серии «комедия плаща и шпаги». Не более того. Лучшую, на мой взгляд, рецензию на новую постановку спектакля-мюзикла по пьесе Марка Розовского дал один из зрителей, сведущий в специфике театра куда больше меня:

– По-моему, такой спектакль не требует затрат ни от режиссера, ни от актеров.

Так что рецензентом сегодня выступаю не я. Я только передаю мнение профессионалов.

Он прав, этот зритель. «Три мушкетера» ничего не прибавят нашему театру. Мюзикл не стал еще одной ступенью в развитии. Наша труппа весь год топчется на одном месте. Пятилетнее правление Бориса Смбатовича Меликджанова, вытащившего на своих плечах театр из творческого кризиса, оказалось пиком, после которого по закону развития последовал спад. «Мизантроп» в постановке заезжего режиссера Юрия Клепикова стал лебединой песнью. После него – немота.

Я не ставлю под сомнение профессионализм актеров нашего театра или режиссеров. Но абсолютно очевидно, что режиссеры вывели для себя «формулу успеха» в Сарове: побольше танцев и песен, по ярче костюмы, попошлее шутки (ближе к народу!) – и можно ставить себе галочку за очередное театральное достижение. Но как только дело доходит до… ну, скажем, до «Осенней сонаты», и тут – «квак»! Неподъемно, как тело Констанции во втором акте «Трех мушкетеров».

Посмотрите репертуар театра: сплошные комедии, либо написанные двести лет тому назад, либо про тех, кто жил в то время. Такое ощущение, что жизнь состоит из бесконечных плясок и песенок о любви.

«А как же «Крысы»? – возразите мне вы. А «Крысы» — самостоятельная работа. Причем, сделанная людьми, которых в театре до этого не воспринимали всерьез. А кого принимать всерьез? Подтанцовку? Но оказалось, наши танцоры – величина самостоятельная, перспективная. Именно на них держится добрая половина репертуара саровского театра.

Читаю воспоминания Михаила Казакова о «Современнике» шестидесятых годов. Читаю и невольно завидую той атмосфере, что была в знаменитом театре сорок лет тому назад. Пьесы подбирались не по принципу, «что проще поставить», а по принципу «социальной значимости». Каждый спектакль должен что-то нести зрителю, влиять на него. Человек из театра должен идти домой взволнованный с растревоженной душой. Потому театр и называется «храмом искусства». А наш театр драмы отказался от воспитательных и социальных функций и плетется на поводу у зрителя, оболваненного мексиканскими мелодрамами и дешевыми дамскими романами. Отсюда, видимо, такая непритязательность во вкусе: «музычка», «танчики», «певички».

Опять же приведу в пример слова профессионала – Константина Сергеевича Станиславского, который предостерегал в своих мемуарах, что роскошные декорации и костюмы обычно прикрывают актерскую и режиссерскую несостоятельность.

Но, может быть, в следующем сезоне нас ждет высокое искусство? Ан нет, в театре ставят очередной мюзикл «Лев Гурыч Синичкин».

А где Чехов? Где Островский? Где хотя бы Розов и Арбузов? Или Горин? Не по зубам. Нишу психологизма в саровском театре драмы затыкают «Жизнью впереди», поставленной еще в прошлом веке, да сырой, недоведенной до ума «Осенней сонатой». Режиссеры возразят: где актеры, которые в Саровском театре смогут сыграть Чехова? Отвечаю: есть такие. Мало, но есть. Но при такой репертуарной политике театра через 3 года и их не останется. Актер должен расти. Непреложное правило профессионала: взял высоту два метра – поднимай планку! Хоть на сантиметр, но поднимай! На чем могут вырасти саровские актеры? На перепевках двадцатилетней давности? На бесконечных комедиях, и не самых лучших? В этом сезоне по-настоящему значимые роли, на мой взгляд, были только у актеров, игравших в «Осенней сонате». От них потребовались серьезные душевные затраты, и при всем несовершенстве режиссуры впечатление произвела игра Людмилы Романовой да Андрея Опалихина. Первая – психологическими нюансами, оттенками своей игры, второй – редкой чистотой образа. Вот и все.

Я обхожу молчанием «Женитьбу» В. Арсеньева, получившую хвалебную критику на нижегородском фестивале. Лично у меня иное мнение: во-первых, спектакли саровского театра я, в отличие от заезжих критиков, смотрю регулярно, во-вторых, спектакли Арзамасского театра куда хуже наших, это создает выгодный для Сарова фон. У провинциальных соседей нет денег на дорогие костюмы, декорации и дорогих режиссеров, обходятся своими силами. Куда им с нами тягаться…

Конечно, «Три мушкетера» — это заявка молодых актеров, коих сегодня в театре много. Серьезное испытание для Александра Штепанова, Дмитрия Крюкова, Сергея Солдатова. В данном случае их действительно хочется назвать «Три мушкетера», ибо – индивидуальности в спектакле – увы – не сложились. И даже из первого ряда не разглядеть, чем Д’ Артаньян отличается от Атоса.

Для остальных актеров «Три мушкетера» — не шаг на следующую ступеньку, а бег по кругу. И не спасут актеров от творческого простоя дорогие костюмы и барахатные портьеры. Можно делать все более и более дорогие постановки, швырять на ветер деньги, но что это даст самим актерам?

Не секрет, что режиссер «Трех мушкетеров» Александр Клоков – умница, эстет, профессионал – проклял тот день, когда согласился перенести «Трех мушкетеров» на саровскую сцену. Потому что – Режиссер, с творческими задумками. За 20 лет вырос в заслуженного деятеля искусств. Для него перенос мюзикла из Кирова в Саров, как для сложившегося художника учить творческих преемников по своим детским рисункам. Клоков с удовольствием нашел бы и пьесу сложную, и поставил бы, и был бы шаг вперед. Поступился собой – и тоже затоптался на месте.

Теперь об актерах. Они имеют полное право спросить – где те режиссеры, которые могут поставить хорошую пьесу? Они есть, но их в Саров не зовут, а если зовут, то как Клокова – реанимировать постановку двадцатилетней давности. Отчего так?

Обидно за театр. За актеров. Годы уходят. Лучшие роли остаются не сыгранными. Не видать нашей молодежи Ромео и Джульетту, Гамлета и Офелию, «Чайки» или «Трех сестер». Некому ставить. А если поставят, то на саровский лад: Ромео будет выплясывать «Калинку-малинку», Гамлет умрет под Сару Брайтман, три сестры забацают канкан на радость зрителю, оторвавшемуся ради театра от телевизора, все это будет называться «особым режиссерским видением», «современным прочтением».

Таково искусство в местечковом понимании.

Увы.

Е. Трусова

г. «Старый город №», 2001 г., № 25(73) от 21 июня